Здесь находится причина, по которой в интернете одновременно живут два утверждения: «NDA в России не работает» и «суды взыскивают по NDA миллионы». Оба верные, потому что говорят о разных механизмах.
У соглашения о неразглашении не один правовой механизм, а три, и они дают разные средства защиты при разных требованиях к вам.
Трек | На чём держится | Что даёт | Что требуется |
1. Договорный | статья 330 ГК РФ (неустойка), статья 15 ГК РФ (убытки) | Неустойку — фиксированную сумму, размер ущерба доказывать не нужно | Только подписанное соглашение. Но суд может снизить неустойку по статье 333 ГК РФ |
2. Режим коммерческой тайны | статья 10 закона № 98-ФЗ | Административную ответственность по статье 13.14 КоАП, уголовную по статье 183 УК, увольнение работника, полную материальную ответственность работника | Все пять мер из части 1 статьи 10 — не некоторые, а все. Для индивидуального предпринимателя без работников набор короче, см. раздел про режим |
3. Секрет производства | статьи 1465 и 1472 ГК РФ | Убытки за нарушение исключительного права на ноу-хау | «Разумные меры для соблюдения конфиденциальности» — планка ниже, чем полный режим. Но не любая информация подходит: нужны сведения из научно-технической сферы либо о способах профессиональной деятельности |
Разберём, где здесь недоразумение.
Трек 1 работает всегда. Подписанное соглашение — обычный договор. Нарушили — платите неустойку по статье 330 ГК РФ, и по требованию об её уплате кредитор не обязан доказывать причинение убытков. Это и есть ответ на «NDA не работает»: работает, и именно за счёт неустойки. Ограничение одно, но существенное — статья 333 ГК РФ позволяет суду уменьшить неустойку, явно несоразмерную последствиям нарушения. Про это дальше.
Трек 2 — не про действительность соглашения, а про арсенал. Здесь путаница живёт чаще всего. Режим коммерческой тайны
не нужен для того, чтобы NDA было действительным: непоименованный договор действителен сам по себе. Режим нужен, чтобы к договорной неустойке добавились административная, уголовная и трудовая ответственность. Разница между «соглашение недействительно» и «у меня меньше инструментов» огромна, а в текстах эти два утверждения постоянно смешивают.
Трек 3 почти не обсуждают, а он требует заметно меньше, чем режим коммерческой тайны. Статья 1465 ГК РФ признаёт секретом производства сведения любого характера — производственные, технические, экономические, организационные — о результатах интеллектуальной деятельности в научно-технической сфере и о способах осуществления профессиональной деятельности, если у третьих лиц нет к ним свободного доступа на законном основании и обладатель принимает разумные меры для соблюдения их конфиденциальности,
в том числе путём введения режима коммерческой тайны.
Три слова «в том числе» меняют картину. Режим коммерческой тайны здесь — один из способов принять разумные меры, а не обязательное условие. Значит для защиты ноу-хау как объекта исключительного права полный набор из пяти мер не требуется — достаточно разумных мер, и подписанное NDA с перечнем сведений уже входит в их число. А статья 1472 ГК РФ даёт за нарушение исключительного права возмещение убытков.
У этого трека есть своя граница, и её стоит понимать заранее. Ноу-хау по статье 1465 — не любая конфиденциальная информация, а сведения из научно-технической сферы либо о способах осуществления профессиональной деятельности. Алгоритм, технология, рецептура, методика, внутренний процесс — подходят. Клиентская база или прайс-лист сами по себе под это определение обычно не попадают: их защищает трек 1, а при установленном режиме — трек 2.
Поэтому треки не заменяют друг друга, а покрывают разные части того, что вы раскрываете.
Что все три трека работают вместе, видно на реальном деле.
Дело № А56-92673/2016: суд взыскал 400 000 ₽ штрафа по соглашению о конфиденциальности; экспертиза установила, что ответчик открыл доступ к системе истца без запроса пароля неограниченному кругу лиц.
Постановление Суда по интеллектуальным правам от 31 октября 2018 года № С01-843/2018 оставило решение в силе, установив нарушение и условия о конфиденциальности,
и исключительного права истца на программно-аппаратный комплекс. Одно нарушение, два трека, неустойка признана соразмерной.